Jon Muth «The three questions»

В своей притче Мут изменил всех персонажей, адаптировав историю для детского восприятия. Советников, оказавшихся не в состоянии дать царю ответы не мучившие его вопросы, заменили цапля Соня, обезьяна Гоголь и верный пес Пушкин, отшельник предстает в виде древней черепахи по имени Лео, спасенный враг — раненая панда со своим малышом, а ищущий мудрости царь — мальчик Николай, списанный Мутом со своего сына. «Я хотел рассказать эту историю детям, поэтому несколько изменил саму ее форму, не трогая содержимого. Мне хочется надеяться, что Толстой был бы доволен моей интерпретацией и, возможно, она вызвала бы у него улыбку», — пишет Джон в послесловии к притче.

Marcia Brown «Once a mouse»

Как-то раз сидел один отшельник и думал о разных вещах, великих и малых. Вдруг он заметил мышонка, которого вот-вот сцапает ворон.

Отшельник бросился на помощь бедному маленькому существу, вырвал его прямо из жадного клюва и принес его в свою лесную хижину, где утешил молоком и рисом. Но смотри!

Виктор Григорьев «Сто приключений Барвинка и Ромашки»

Мой барвинок…
Казалось, в этом слове поют все соловьи и жаворонки. Да ещё глиняные и оловянные свистульки, купленные на изяславльском великом базаре. Ах, как ласково отзывались они, как дружно, созвучно любому настроению. Весёлому и грустному, тревожному и озорному. Что тут удивительного! Проверенное колдовство. Ведь здравствует барвинок вот уже сотни лет во многих украинских песнях. Живой свидетель жизни прошлой, полной борьбы, сложных человеческих переживаний. В песнях же о любви, о светлой дружбе особенно звонок этот, чтимый дедами и отцами, чудо-цветок барвинок, тихо прявший синие кружева вокруг задумчивых бедняцких хат.
Есть у Михаила Врубеля, величайшего из художников, изумительная акварель — «Барвинок». Ослепил однажды рисунок, потряс меня. Было это вскоре после войны. Песни-краски собраны в нём в единую, волнующую мелодию. Нежный цветок вдруг увиделся мне, демобилизованному солдату, сказочным человечком в небесного цвета сорочке, мчащемся на синей молнии, где-то между тучами и огромным солнцем. Сколько достоинства, сколько славного озорства! Ах, барвинок, барвинок, мой лес, моя Горынь, ромашки да васильки…